1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 15

Возмещение убытков, обеспечительные меры, решения третейских судов — обзор ключевых судебных кейсов прошлого года

Несмотря на сложную ситуацию, сложившуюся в прошлом году, суды продолжали выносить свои вердикты по самым важным вопросам гражданского оборота. В конце года юридическая компания Coleman Legal Services провела вебинар «Судебная практика. Ключевые кейсы 2020». Самые интересные дела, освещавшиеся в ходе вебинара, мы представляем вашему вниманию.

Андрей Ступников, руководитель практики разрешения споров и банкротства Coleman Legal Services, в ходе вебинара рассказал о важных решениях Судебной коллегии по экономическим спорам, вынесенных в течение 2020 г., и об изменениях в подходах к различным категориям дел.

Убытки от недобросовестного ведения переговоров

Лицо, недобросовестно ведущее переговоры, должно быть готово к тому, что ему придется возмещать соответствующие убытки своему контрагенту. Такой вердикт содержится в Определении СКЭС ВС РФ от 29.01.2020 № 305-ЭС19-19395 по делу № А40-98757/2018.

Обстоятельства дела таковы: истец обратился в суд с иском о взыскании убытков, причиненных недобросовестным ведением переговоров (ст. 434.1 ГК РФ).

Суды трех инстанций отказали в удовлетворении требований, сославшись на то, что истец не доказал противоправность поведения ответчика и причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникшими у истца убытками.

ВС РФ отменил все принятые по данному спору судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав следующее:

  • недобросовестным признается поведение, когда лицо вступает в переговоры или продолжает их, хотя знает или должно знать, что уже не будет заключать договор, по крайней мере с этим контрагентом. Следовательно, лицо обязано возместить убытки своему контрагенту ввиду недобросовестного ведения переговоров, в частности в случае, когда оно своевременно не сообщило контрагенту об обстоятельствах, препятствующих заключению договора, в том числе о своем окончательном намерении заключить договор с другим контрагентом, создавая или поддерживая при этом у первоначального контрагента ложные представления о своей готовности в будущем заключить договор;

  • при внезапном и неоправданном прекращении переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать, бремя доказывания своей добросовестности возлагается на ответчика;

  • не могут быть признаны неоправданными и, как следствие, недобросовестными действия, когда лицо ведет переговоры одновременно с несколькими контрагентами. Сами по себе переговоры лица с несколькими контрагентами и выбор одного из них не могут служить основанием для возмещения им убытков контрагента, с которым договор заключен не был;

  • не является недобросовестным умолчание о параллельных переговорах, а также отсутствие предложения заключить сделку на условиях, предложенных другим контрагентом. Однако в случае, когда стороны переговоров заключили соглашение о порядке ведения переговоров, в котором предусмотрели условие об эксклюзивности переговоров только с одним контрагентом, и впоследствии вторая сторона нарушила его либо допустила обман контрагента на его вопрос о переговорах с другими контрагентами, такие действия являются недобросовестными. В таких случаях лицо, нарушившее соответствующее условие или обманувшее своего контрагента, обязано возместить причиненные ему убытки.

Взыскание убытков с оценщика

С оценщика можно взыскать убытки, причиненные некачественным оказанием оценочных услуг, даже если услуги приняты по акту, но при этом оплачены лишь частично. Такой вывод следует из Определения СКЭС ВС РФ от 28.02.2020 № 305-ЭС19-21740 по делу № А-40-309169/2018.

В данном деле истец обратился с иском к исполнителю по договору на проведение оценки, поскольку оказанные услуги не соответствовали федеральным стандартам оценки.

Суды первой и апелляционной инстанций отказали во взыскании убытков, поскольку истец, по их мнению, не представил всей совокупности доказательств для взыскания убытков с ответчика.

ВС РФ отменил принятые по данному спору судебные акты и направил дело на новое рассмотрение. Доводы высшей судебной инстанции заключались в следующем:

  • отсутствие возможности использовать результат работ ответчика для определения стоимости земельных участков свидетельствует о том, что работы им выполнены с ненадлежащим качеством, в связи с чем он обязан возместить убытки ввиду некачественного оказания услуг по договорам. Поскольку истец не является профессионалом в данной области, о некачественном выполнении работ он узнал только после вынесения соответствующих решений судом;

  • несмотря на пассивную позицию истца в деле об оспаривании кадастровой стоимости (в которое и предназначался отчет оценщика), в случае надлежащего исполнения оценщиком своих обязательств у суда не возникло бы сомнений в достоверности величины рыночной стоимости и не потребовалось бы проведение судебных экспертиз в отношении выполненных ответчиком отчетов, подтвердивших их несоответствие закону, а также невозможность применения указанных отчетов для целей, ради которых они должны были быть выполнены;

  • вывод судов при отказе в иске со ссылкой на оплату истцом работ в размере 50% стоимости не опровергает невыполнение ответчиком своих обязательств по договорам и не учитывает то, что установленный в договорах сторонами порядок расчетов не влияет на наличие у истца убытков, связанных с их частичной оплатой.

Когда с арбитражного управляющего нельзя взыскать убытки

С арбитражного управляющего нельзя взыскать убытки за отказ от оспаривания сделок должника, если действия арбитражного управляющего, воздержавшегося от бесперспективного оспаривания сделок, разумны, рациональны, направлены на реализацию целей конкурсного производства (Определение СКЭС ВС РФ от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1, 2) по делу № А53-38570/2018).

Обстоятельства дела выглядят следующим образом. В ходе процедуры банкротства должника один из кредиторов неоднократно обращался к арбитражному управляющему с просьбой оспорить сделки должника по отчуждению множества объектов недвижимости, однако управляющий сделки не оспорил. Впоследствии данный кредитор обратился с иском о взыскании с арбитражного управляющего убытков, причиненных кредитору противоправным бездействием управляющего.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований, суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменил и исковые требования удовлетворил. Суд кассационной инстанции оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции.

ВС РФ отменил постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, оставил в силе решение суда первой инстанции, указав следующее:

  • возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков. В рассматриваемом деле действия управляющего, воздержавшегося от бесперспективного оспаривания сделок, были разумными, рациональными, направленными на реализацию целей конкурсного производства, а значит, правомерны;

  • поскольку спорные сделки совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, перспектив на судебное оспаривание по главе III.1 Закона о банкротстве они не имели, так как с высокой вероятностью последовал бы судебный отказ в удовлетворении заявленных требований;

  • судебный отказ должнику в освобождении его от исполнения требований кредиторов по мотивам допущенного должником недобросовестного поведения при отчуждении своего имущества сам по себе не является достаточным основанием для признания сделок ничтожными в деле о банкротстве.

Убытки из-за утраты груза экспедитором

Экспедитор при предъявлении иска о взыскании убытков за утрату груза не вправе возражать, ссылаясь на то, что перевозку груза осуществляла сторонняя организация и утрата груза произошла по ее вине. Такую позицию Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ выразила в Определении от 27.01.2020 № 307-ЭС19-14275 по делу № А56-112474/2017.

Обстоятельства дела таковы. Истец обратился в суд с иском о взыскании с экспедитора убытков вследствие утраты груза. Суды первой и апелляционной инстанций частично удовлетворили заявленные требования, суд кассационной инстанции принятые по делу акты отменил, в удовлетворении требований отказал, ссылаясь на то, что в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие тот факт, что ответчик (экспедитор) фактически осуществлял перевозку своими собственными транспортными средствами; выписал свой транспортный документ или иным образом выразил намерение взять на себя ответственность перевозчика.

ВС РФ отменил постановление суда округа и оставил в силе решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции. Аргументы:

  • в ситуации отсутствия необходимого в силу договора мотивированного отказа от исполнения поручения клиента, а принятия, как предусмотрено договором, поручения к исполнению с сообщением клиенту информации о перевозящем груз водителе и транспортном средстве экспедитор не вправе ссылаться на перевозку и утрату груза сторонним лицом и ненаступление ответственности за действия привлеченного им к оказанию услуги лица;

  • имеющаяся в деле информация о неприбытии перевозившего груз транспортного средства в место выгрузки и неизвестности места его нахождения доведена до клиента полномочным лицом экспедитора, что опровергает довод об отсутствии доказательства утраты груза.

Применение обеспечительных мер в делах о привлечении к субсидиарной ответственности

Очень важную и интересную позицию Верховный суд высказал в Определении от 16.01.2020 № 305-ЭС19-16954 по делу № А40-168999/2015: для применения обеспечительных мер не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора. Истцу достаточно подтвердить наличие разумных подозрений возникновения обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 90 АПК РФ.

Рассматриваемая судом ситуация довольно любопытна.

АСВ, как конкурсный управляющий, обратилось в суд с заявлением о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на денежные средства и иное имущество контролирующих должника лиц в пределах предъявленных к ним требований по обособленному спору о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Суды трех инстанций отказали в удовлетворении заявления.

ВС РФ отменил все принятые по данному спору судебные акты и удовлетворил заявление, указав следующее:

  • факт принятия судом определения о привлечении к субсидиарной ответственности не приводит к фактическому восстановлению прав последних. Судебная защита прав кредиторов может быть признана эффективной лишь в случае обеспечения судом действительных гарантий возврата кредиторам денежных средств, на которые они справедливо рассчитывали. Ситуация, при которой в ходе судебного разбирательства недобросовестные контролирующие лица имеют возможность скрыть свое имущество, избежав обращения взыскания на него, а кредиторы лишены реального доступа к правовым средствам противодействия такому поведению ответчиков, является недопустимой;

  • в настоящее время одним из способов обеспечения защиты прав кредиторов в подобной ситуации, признаваемым правопорядком, является институт обеспечительных мер, своевременное и разумное применение которых устраняет препятствия к исполнению судебного определения в будущем, достигая тем самым цели правосудия;

  • отказав в принятии обеспечительных мер, суды, по сути, признали необходимым подтверждение с высокой степенью достоверности фактов совершения ответчиками действий, направленных на отчуждение принадлежащего им имущества, или приготовления к совершению такого рода действий;

  • поскольку при разрешении заявления о принятии обеспечительных мер суд выясняет, какова вероятность затруднительности исполнения судебного акта, возникновения значительного ущерба на стороне заявителя, отказ судов в применении названных мер со ссылкой лишь на то, что доводы агентства носят предположительный характер, ошибочен;

  • обеспечительные меры являются ускоренным предварительным средством защиты, поэтому для их применения не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора. Для применения обеспечительных мер истцу достаточно подтвердить наличие разумных подозрений возникновения обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 90 АПК РФ.

Наложение ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах, является чрезмерным

Еще одно дело, касающееся обеспечительных мер, было рассмотрено Мосгорсудом, и его тоже можно считать знаковым. Согласно Апелляционному определению Московского городского суда от 24.01.2020 № 33-736/2020 по делу № 2-4470/2019, заявитель должен обосновать причины обращения с требованием о применении обеспечительных мер. Рассматривая заявления о применении обеспечительных мер, суд оценивает, насколько конкретная обеспечительная мера, которую заявитель просит применить, связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечивает фактическую реализацию целей обеспечительных мер.

ООО «УМ-Банк» обратилось в суд с иском к ответчикам ООО «ИПОС», ООО «Хмель», ООО «Рылеево Логистик», Н., Г.А. о взыскании задолженности, обращении взыскания на заложенное имущество. Определением судьи Черемушкинского районного суда г. Москвы по ходатайству истца приняты обеспечительные меры по иску в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах ответчиков, в пределах суммы исковых требований — 193 036 753 руб. ООО «Хмель» обратилось в суд с заявлением о частичной отмене обеспечительных мер, а именно в части наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах ООО «Хмель». В удовлетворении данного ходатайства было отказано, поскольку суд счел, что отсутствуют основания для отмены данных обеспечительных мер.

Мосгорсуд отменил определение в части отказа в отмене обеспечительных мер, указав следующее:

  • учитывая, что обеспечительные меры применяются при условии обоснованности, суд признает заявление стороны о применении обеспечительных мер обоснованным, если имеются доказательства, подтверждающие наличие хотя бы одного из оснований, предусмотренных ст. 139 ГПК РФ. Исходя из разъяснений, данных в Обзоре судебной практики ВС РФ № 4 (2019), утвержденном Президиумом ВС РФ 25.12.2019, суд, в который передано дело по подсудности, вправе отменить обеспечительные меры или меры предварительной защиты, принятые другим судом. По смыслу ст. 139 ГПК РФ заявитель должен обосновать причины обращения с требованием о применении обеспечительных мер. Рассматривая заявления о применении обеспечительных мер, суд оценивает, насколько конкретная обеспечительная мера, которую заявитель просит применить, связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечивает фактическую реализацию целей обеспечительных мер, обусловленных основаниями, предусмотренными ст. 139 ГПК РФ;

  • при решении вопроса о принятии мер по обеспечению иска суд обязан оценивать разумность и обоснованность требования заявителя о применении обеспечительных мер; вероятность причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер; обеспечение баланса интересов заинтересованных сторон; предотвращение нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц;

  • при рассмотрении вопроса о принятии обеспечительных мер суд должен исходить из того, что защита интересов одной стороны не может осуществляться за счет необоснованного ущемления прав и интересов другой стороны, а также третьих лиц. Вывод о необходимости принятия мер по обеспечению иска должен быть мотивирован и основан на конкретных обстоятельствах, подтвержденных документально. Доказывание наличия обстоятельств, указанных в ст. 139 ГПК РФ, возложено на заявителя, который должен обосновать причины обращения с заявлением об обеспечении иска конкретными обстоятельствами, подтверждающими необходимость принятия обеспечительных мер, и представить доказательства, подтверждающие доводы.

Исходя из установленных обстоятельств, с учетом указанных залоговых обязательств, суммы заявленных требований, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований полагать, что отмена мер в указанной части может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда. Принятые меры в части наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах ООО «Хмель» в пределах суммы исковых требований, являются чрезмерными и, как следует из представленных заявителем документов, затрудняют хозяйственную деятельность общества и препятствуют исполнению им своих обязательств как перед истцом, так и перед третьими лицами.

Обеспечительные меры и арбитражные решения третейских судов

Любопытное дело рассматривал Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Американская компания обратилась в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением к ООО «Карпаты» о признании и приведении в исполнение на территории Российской Федерации иностранного арбитражного решения от 11.01.2019, вынесенного в г. Софии, Республика Болгария, согласно которому с ответчика в пользу истца взыскано 1 052 647 евро, наложен арест в виде запрещения отчуждать ответчику и третьим лицам нежилые помещения, расположенные в г. Новосибирске.

Основная позиция суда: иностранное арбитражное решение, которое фактически налагает обеспечительные меры на имущество ответчика и затрагивает права третьих лиц, противоречит публичному порядку РФ (постановление АС Западно-Сибирского округа от 25.02.2020 № Ф04-7579/2019 по делу № А45-33999/2019).

Суд первой инстанции установил нарушение публичного порядка Российской Федерации, что послужило основанием отказа в признании и приведении в исполнение вышеназванного решения арбитражного суда. Он отметил, что фактически иностранным арбитражным решением от 11.01.2019 приняты меры обеспечения по заявленным требованиям. Следовательно, поскольку международный арбитраж в рассматриваемом случае при принятии иностранного арбитражного решения разрешил вопрос о правах и обязанностях российского юридического лица ООО «Партнер Инвест» — залогодержателя спорного недвижимого имущества общества, которое не участвовало в судебном разбирательстве, а предложенный заявителем способ исполнения решения — арест имущества ответчика, находящегося в залоге у ООО «Партнер Инвест», повлечет (затруднит или сделает невозможным) процесс обращения взыскания на заложенное имущество по договору займа недвижимого имущества во исполнение решения Центрального районного суда г. Новосибирска по делу № 2-361/2017, указанное обстоятельство посягает на публичный порядок Российской Федерации.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции привлек ООО «Партнер Инвест» к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора применительно к ст. 51 АПК РФ. Более того, судом принято во внимание, что основанием для обращения в международный арбитраж явилось возникновение у компании убытков вследствие неисполнения ответчиком иностранного арбитражного решения другого суда о взыскании с ответчика в пользу истца 980654,54 евро, которое в установленном порядке не было признано и принято к исполнению в Российской Федерации, следовательно, в случае признания и принятия к исполнению иностранного арбитражного решения от 11.01.2019 судом опосредованно, без соблюдения установленной главой 31 АПК РФ процедуры, будет также признано и то, что указанное в иностранном арбитражном решении от 11.01.2019 иностранное арбитражное решение другого суда о взыскании с ответчика в пользу истца 980654,54 евро является подтверждением прав и обязанностей истца и ответчика, что также противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Тот же АС Северо-Западного округа рассмотрел вопрос о мерах обеспечения в виде запрещения органам юридического лица принимать решения либо совершать иные действия.

Истец подала ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде запрета обществу и его участникам созывать и проводить собрания, голосовать, принимать и исполнять решения и совершать действия по всем вопросам, относящимся к предмету спора и непосредственно с ним связанным.

Суд пришел к следующим выводам. Меры обеспечения в виде запрещения органам юридического лица принимать решения либо совершать иные действия по вопросам, относящимся к предмету спора и непосредственно с ним связанным, не лишают ответчика возможности осуществлять уставную деятельность, проводить общие собрания участников по иным вопросам, а также не приводят к нарушению обществом действующего законодательства (постановление АС Северо-Западного округа от 27.02.2020 № Ф07-18136/2019 по делу № А56-21785/2019).

Определением суда первой инстанции заявление об обеспечении иска удовлетворено. Постановлением апелляционного суда определение оставлено без изменения.

Арбитражный суд Северо-Западного округа также оставил судебные акты без изменения, указав следующее.

В обоснование заявления о принятии обеспечительных мер заявитель сослалась на то, что она, как участник общества, обладающая 1/3 доли в уставном капитале, не уведомлена о проведении внеочередного общего собрания участников общества, на котором принято решение внести изменения в устав общества. Вместе с тем принятие устава в новой редакции фактически лишает ее законного права участвовать в управлении делами общества, касающимися в том числе внесения изменений в устав, вопросов о досрочном прекращении полномочий генерального директора, выбора нового генерального директора общества, и тем самым нарушает ее права. В данном случае при разрешении вопроса о принятии обеспечительных мер суды приняли во внимание конкретные обстоятельства дела и заключили, что заявленные обеспечительные меры направлены на предотвращение причинения заявителю значительного ущерба и сохранение существующего состояния отношений (status quo) между сторонами. При этом суды указали, что меры обеспечения в виде запрещения органам юридического лица принимать решения либо совершать иные действия по вопросам, относящимся к предмету спора и непосредственно с ним связанным, не лишают ответчика возможности осуществлять уставную деятельность, проводить общие собрания участников по иным вопросам, а также не приводят к нарушению обществом действующего законодательства.

Возмещение убытков в результате наложения обеспечительных мер

ООО «Донская жилищная строительная компания» обратилось в суд с иском к Кириченко А.В., Хапаянцу Г.А., указывая, что в рамках рассмотрения гражданского дела по иску Кириченко А.В., Хапаянца Г.А. к ООО «Донская жилищная строительная компания» по заявлению истцов Определением судьи Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15.12.2016 были приняты меры по обеспечению иска в виде запрета ООО «Донская жилищная строительная компания» строительства многоквартирного жилого дома. Впоследствии это определение было отменено. В связи с тем, что данными мерами по обеспечению иска причинены убытки в виде расходов по аренде башенного крана, истец просил взыскать с ответчиков убытки.

Первая инстанция и апелляция исковые требования удовлетворили частично.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ отменила это определение, указав следующее:

  • в данном случае истец обязан доказать факт причинения убытков, размер убытков и причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими негативными последствиями на стороне истца. При установлении причинно-следственной связи необходимо установить непосредственную последовательную связь между обеспечительными мерами и наступившими для истца негативными последствиями;

  • должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Разрешая дело и удовлетворяя требования о возмещении убытков, суды пришли к выводу о наличии такой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившими негативными последствиями на стороне истца. Между тем судами не были учтены следующие обстоятельства. Строительные работы с помощью башенного крана могли осуществляться ООО «Донская жилищная строительная компания» при условии учета крана в федеральных органах исполнительной власти в области промышленной безопасности, осуществляющих ведение реестра ОПО (свидетельство о регистрации) и решения о пуске в работу после установки на новом объекте (акт пуска в работу). Вместе с тем материалы дела не содержат доказательств выполнения ООО «Донская жилищная строи­тельная компания» требований указанных федеральных норм и правил в области промышленной безопасности в спорный период (Определение СКГД ВС РФ от 11.02.2020 № 41-КГ19-56, 2-166/2018).

Мировое соглашение не должно нарушать права меньшинства кредиторов

Превосходство в количестве голосов не должно позволять кредиторам, обладающим большинством, принимать произвольные решения. Кредиторы, чья позиция не была принята на собрании, не должны получать существенно меньше того, что они получили бы в результате незамедлительной реализации имущества в ликвидационной процедуре (Определение СКЭС ВС РФ от 25.05.2020 № 305-ЭС15-11067 по делу № А41-4420/19).

Конкурсные кредиторы, обладающие меньшим количеством требований к должнику, обратились в суд кассационной инстанции с жалобой на определение суда об утверждении мирового соглашения в деле о банкротстве, против которого они выступали.

Суд кассационной инстанции отказал в удовлетворении жалобы.

ВС РФ отменил принятые по данному спору судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав следующее:

  • имеющиеся между кредиторами разногласия устраняются посредством проведения голосования и основываются на предусмотренном законом принуждении меньшинства кредиторов большинством (лиц, обладающих большим количеством требований к должнику в денежном выражении). Однако превосходство в количестве голосов не должно позволять кредиторам, обладающим большинством, принимать произвольные решения. Так, по итогам осуществления предусмотренного мировым соглашением плана кредиторы, чья позиция не была принята на собрании, не должны получать существенно меньше того, что они получили бы в результате незамедлительной реализации имущества в ликвидационной процедуре. При утверждении мирового соглашения суд обязан проверить мировое соглашение на предмет соответствия этому требованию, оценить его экономическую обос­нованность и целесообразность. Помимо этого, суд должен оценить степень вероятности исполнения соглашения с учетом требований разумности и рыночной конъюнктуры;

  • возражая против утверждения мирового соглашения, кредиторы — участники долевого строительства обращали внимание на заниженную в несколько раз стоимость объекта незавершенного строительства в представленном в преддверии голосования по условиям соглашения отчете об оценке. По мнению участников строительства, в случае реализации имущества должника с торгов кредиторы получили бы удовлетворение требований в гораздо большем размере, чем при исполнении мирового соглашения, по условиям которого погашается только задолженность по заключенным в 2003 г. договорам участия в строительстве без учета реального ущерба. Кроме того, участники строительства обращали внимание на то, что мировое соглашение не содержит сведений об источниках финансирования для погашения требований кредиторов. Приведенные участниками строительства столь убедительные доводы должны были вызвать у суда обоснованные сомнения относительно экономической целесообразности мирового соглашения, в связи с чем бремя опровержения этих возражений подлежало переложению на конкурсного управляющего и кредиторов, настаивавших на его заключении.

Экстраординарное обжалование

Экстраординарный порядок обжалования не является пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам. Стороны не лишены возможности заявлять новые доводы и приводить новые доказательства. Эти выводы положены в основу Определения СКЭС ВС РФ от 19.05.2020 № 305-ЭС18-5193 (3) по делу № А41-35652/2017.

Спорная ситуация заключалась в следующем. Конкурсный кредитор обратился с жалобой на постановление суда апелляционной инстанции по правилам п. 24 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35.

Суды апелляционной и кассационной инстанций отказали в удовлетворении жалобы, посчитав ее тождественной ранее поданному заявлению об отмене того же судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

ВС РФ отменил принятые по данному спору судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав следующее:

  • механизм обжалования, предусмотренный п. 24 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, отличается от предусмотренных АПК РФ порядков обжалования (пересмотра), закрепленных в ст. 42 и главе 37 Кодекса. С жалобой по правилам ст. 42 АПК РФ может обратиться лицо, чьи права и обязанности затрагиваются судебным актом непосредственно, то есть такое лицо, которое должно было участвовать в деле, но которое не было привлечено к участию в нем ввиду судебной ошибки. Предусмотренный же главой 37 АПК РФ порядок (пересмотр вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам) предполагает, что с подобным заявлением могут обращаться лица, участвующие в деле;

  • в отличие от названных двух порядков экстраординарное обжалование ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, по которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность;

  • из этого следует также, что названный порядок обжалования по своей функциональности предполагает как возможность приведения новых доводов, так и возможность представления (в случае необходимости) новых доказательств. Вступление в дело лиц, обращающихся с жалобой в порядке п. 24 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 и желающих представить новые доказательства, должно осуществляться применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции;

  • при этом само по себе такое рассмотрение не является пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам, судом лишь по аналогии применяются соответствующие правила, которые в то же самое время не умаляют правовую природу экстраординарного порядка и не препятствуют представлению новых доказательств.