1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 20

При заключении договоров поручительства внутри группы можно избежать субсидиарной ответственности

ВС РФ отметил, что сейчас сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой банки привлекают организации, входящие в одну группу, в качестве поручителей по обязательствам друг друга. Сама по себе выдача такого рода поручительств в пользу банка не свидетельствует о недобросовестности.

Карточка дела

Реквизиты судебного акта

Определение ВС РФ от 25.03.2021 № 310-ЭС20-18954 по делу № А36-7977/2016

Дело о банкротстве

ООО «СПАР Липецк»

Суть дела

Управляющая компания с 2013 г. осуществляла полномочия единоличного исполнительного органа ООО «СПАР Липецк» (далее — Общество) и была его мажоритарным участником. Руководителем управляющей компании являлся Дудоров О. Н.

В феврале 2016 г. Общество (в лице директора управляющей компании Дудорова О. Н.) в обеспечение исполнения обязательств ООО «ПланетаСтрой», принятых по кредитным договорам, заключило договоры поручительства. При этом Дудоров О. Н. являлся заместителем генерального директора заемщика — ООО «ПланетаСтрой». Кроме того, поручительства также выдали ООО «Феникс XXI век» и ООО «Мегос». Генеральным директором этих обществ, а также одним из участников ООО «Мегос» являлся Дудоров О. Н.

В сентябре 2016 г. суд возбудил дело о банкротстве Общества. Впоследствии оно было признано банкротом.

Кредитор подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Дудорова О. Н., других лиц и ООО «РентаЭстейт» (управляющей компании должника) как контролирующих должника лиц.

Позиция судов

Суд первой инстанции привлек к субсидиарной ответственности управляющую компанию и Дудорова О.Н. в части требований. Апелляция и кассация оставили определение суда первой инстанции без изменения.

Суды мотивировали это тем, что Общество (банкрот) и ООО «ПланетаСтрой» (заемщик) входили в одну группу лиц. Общий размер обязательств поручителей перед банками был значительным. Поручители не имели реальной возможности вернуть кредиты на такую сумму исходя из величины активов поручителей. На момент заключения договоров поручительства существовал высокий риск просрочки исполнения текущих обязательств Общества, а основной заемщик — ООО «ПланетаСтрой» — уже имел значительную кредиторскую задолженность. Впоследствии все поручители обанкротились.

Дудоров О. Н. знал о финансовом состоянии основного заемщика и поручителей.

В ходе рассмотрения дела о банкротстве Общества суд признал обоснованными требования кредиторов на сумму около 3,3 млрд руб., из них требования банков, основанные на договорах поручительства за ООО «ПланетаСтрой» составили более 2 млрд руб., то есть большую часть от всех требований кредиторов.

Позиция ВС РФ

СКЭС ВС РФ отменила судебные акты в части установления оснований для привлечения Дудорова О. Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. В этой части дело направлено на новое рассмотрение.

Квалифицирующим признаком сделки или сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может применяться презумпция доведения до банкротства, являются:

значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и, одновременно,

их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) — кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы.

Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Кроме этого, договоры поручительства отвечали критерию значимости.

При этом при разрешении вопроса о реальной цели совершения сделок должны быть учтены обычные условия делового оборота. Сейчас на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой банки привлекают организации, входящие в одну группу, в качестве поручителей по обязательствам друг друга. Сама по себе выдача такого рода поручительств в пользу банка, настаивающего на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности. Причем даже если он полагает, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами.

Для констатации сомнительности поручительства, его направленности на причинение вреда остальным кредиторам поручителя должны быть приведены веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения от сложившейся практики. В частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: в действительности он не преследовал цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, ему было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены.

Дудоров О. Н. ссылался на то, что не являлся таким бенефициарным собственником, который прямо или косвенно владел существенной долей участия в уставном капитале Общества или ООО «ПланетаСтрой». Причиной банкротства основного заемщика (ООО «ПланетаСтрой»), за которого поручились общества «СПАР Липецк», «Феникс XXI век» и «Мегос», стали экономические факторы — рост курса валют, увеличение ставок по кредитам, снижение покупательского спроса и, как следствие, уменьшение торговой выручки. Таким образом, Дудоров О. Н. указывал на то, что с целью преодоления кризисной ситуации заемщиком и кредитными организациями согласовано увольнение части сотрудников, закрытие некоторых торговых точек, уменьшение размера арендных платежей, отказ от услуг частных охранных предприятий и т.д. (антикризисная программа).

Заключение договоров поручительства с организациями, входившими с основным заемщиком в одну группу, являлось необходимым условием реструктуризации кредитов, согласованной банками. Реструктуризация задолженности проводилась с расчетом на успешное преодоление кризиса. Но суды ошибочно не приняли во внимание то, что наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки, с тем чтобы выиграть время для отчуждения активов во вред кредиторам.

Подход, занятый судами, по сути, сводится к тому, что одно лицо, входящее в группу, не должно предоставлять подобного рода антикризисное финансирование другому члену группы, находящемуся в сложном состоянии, под страхом привлечения руководителя поручителя к субсидиарной ответственности. С этим подходом ВС РФ не согласился.